На реке Колыме задержались морозы,
И пушистый снежок затвердел толстым льдом,
А в бараках глухих лишь проклятья и слёзы,
А в бараках глухих ночи дышат огнём.
А в бараках глухих лишь проклятья и слёзы,
А в бараках глухих ночи дышат огнём.
Снег не тая блестит на тулупах солдатских,
Вышки тихо скрипят на промозглом ветру,
А татарин Хасан не устанет болтаться
От стены до стены, ляжет только к утру.
А татарин Хасан не устанет болтаться
От стены до стены, ляжет только к утру.
На реке Колыме задержались морозы,
На реке Колыме вечный голод и тиф,
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
Но ребята живут, ещё дышат в бараках,
И татарин Хасан, и мокрушник Вано,
А хохла Иванько чуть порезали в драке,
Что хохлу Иванько глубоко всё равно.
А хохла Иванько чуть порезали в драке,
Что хохлу Иванько глубоко всё равно.
А чуть свет по утру на работы до ночи,
Застучат топоры, будут щепки лететь,
А татарин Хасан разожжёт костерочек,
И мокрушник Вано будет руки там греть.
А татарин Хасан разожжёт костерочек,
И мокрушник Вано будет руки там греть.
На реке Колыме задержались морозы,
На реке Колыме вечный голод и тиф,
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
На реке Колыме задержались морозы,
На реке Колыме вечный голод и тиф,
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
На реке Колыме мрут от туберкулёза,
На реке Колыме человек ещё жив.
