В рассветный час шакал, о голоде забыв,
Следит с холма за мрачной конницей вдали.
Сегодня чёрный день, владыка мира мёртв,
И стар, и мал не могут слёз сдержать своих.
Он добрый повелитель,
Он солнцем был и был луной,
Империя осталась его вдовой.
Он будет погребён в нефритовом гробу,
В степи пустой, где грезит падалью шакал.
И тысяча коней затопчет путь к нему,
Чтоб плач людской сон мертвеца не осквернял.
Шакал пролает хрипло,
Что мёртвый царь ему родня,
Одни клыки и жадность, и кровь одна.
Это всё обман, что он был самым добрым царём,
Это всё неправда, он правил огнём и мечом.
Это всё обман, я ваш царь, и один только я,
Люди, как звери, когда власть над миром дана.
Это всё обман.
Шаманы и жрецы шакала проклянут,
И на бегу пронзит предателя копьё,
Царь должен быть святым, и право не дано
Свергать зверью с небес величие его.
А царский сын смеётся,
Шакалий дух в себе храня,
Одни клыки и жадность, и кровь одна.
Это всё обман, что он был самым добрым царём,
Это всё неправда, он правил огнём и мечом.
Это всё обман, я ваш царь, и один только я,
Люди, как звери, когда власть над миром дана.
Ветер, древний житель степной,
Помнит до сих пор хриплый вой.
Это всё обман, что он был самым добрым царём,
Это всё неправда, он правил огнём и мечом.
Это всё обман, я ваш царь, и один только я,
Люди, как звери, когда власть над миром дана.
Это все обман.
